Разработано Joomlamaster.org.uaсовместно с Joomstudio.com.ua

Пятница, 09 Ноябрь 2018 05:59

ФРАНЦИЯ. Ксенофобия и радикализм, 2017

Автор 
ФРАНЦИЯ. Ксенофобия и радикализм, 2017 https://www.ru.civic-nation.org

(Доклад в рамках программы "Ксенофобия и радикализм в Европе")

 

Др. Жан-Ив Камю, директор Обсерватории политического радикализма, эксперт Института стратегических исследований (Франция)

В качестве предисловия следует напомнить, что президентские выборы состоялись 23 апреля (первое голосование) и 7 мая (второе голосование) 2017 года, после чего в июне были проведены законодательные выборы и присяга нового кабинета министров 21 июня. На президентских выборах Эммануэль Макрон, бывший министр экономики при президенте Франсуа Олланде, победил кандидата от партии правых экстремистов, Национального фронта (НФ), набрав 66,33%, а Марин Ле Пен все же обновила рекорд 21, 3 % при первом туре голосования, получив 33,9%, то есть 10,6 млн. голосов, во втором туре.

Как обычно, кандидат от НФ, выступавший против страха перед иммиграцией, и беженцами, особенно перед теми из них, кто имеет мусульманское происхождение, призывала к политике нулевой легальной иммиграции и к задержанию тех людей, которые не были осуждены за какое-либо преступление, но имеют файл в разведывательных службах из-за их участия или предполагаемого участия в законных или незаконных радикальных исламистских движениях. Плохая кампания Марин Ле Пен и ее неспособность эффективно бросить вызов Эммануэлю Макрону по экономическим вопросам заставили аналитиков поверить в то, что будущее этой партии мрачно. Однако НФ обеспечила 8 мест в Национальной ассамблее и сохранила свое присутствие на политической арене страны.

Законодательство.

Получив абсолютное большинство в парламенте, новый премьер-министр Эдуард Филипп опирается на Центристскую партию Макрона, «Вперед, Республика!» и на поддержку правого меньшинства, состоящего из бывших членов правящей партии республиканцев «Les Républicains», главной консервативной партии. В 2017 году новый кабинет министров сделал важный шаг, положив конец чрезвычайному положению, провозглашенному тогдашним президентом Франсуа Олландом на следующий день после массового теракта 13 ноября 2015 года. Однако это не означает, что законодательство о гражданских свободах вернулось к периоду до 2015 года.

В тот же день, когда чрезвычайное положение подошло к концу, вступил в силу новый закон о борьбе с терроризмом после его голосования парламентом.[1] Он включает в себя многие положения бывшего Закона о чрезвычайном положении. Несколько положений нового законодательства направлены на достижение более эффективной политики борьбы с терроризмом, причем радикальный ислам является целью номер один для разведывательных и правоохранительных органов.

Как следствие, и в соответствии с административной организацией централизованного французского государства, новый закон реализует исполнительная власть в лице префекта, то есть представителя государства в департаментах (главная административная единица во Франции), которая имеет полномочия, например, закрывать до 6 месяцев, любой религиозный институт, который подозревается в подстрекательстве к терроризму или ущемлении прав. В конце 2017 года во Франции было закрыто 11 мечетей, но уже ведутся более широкие дискуссии относительно того, целесообразно ли запретить вообще все мечети, которыми управляет салафитское фундаменталистское движение.[2] Этот шаг, который поддерживает Ле Пен и ряд видных деятелей консервативного правого крыла, был бы неконституционным, поскольку он явно нарушает религиозные права части мусульманского сообщества. Он был бы весьма противоречивым, потому что «салафиты» могут относятся как к так называемым «квиетистам», которые строго придерживаются позиции саудовских улемов, не позволяя своим последователям, живущим в немусульманских странах, делать что-либо, что противоречит местному законодательству, и меньшинству джихадистов, которые используют террор или распространяют джихадистскую пропаганду в мечетях и социальных сетях.

Дискуссия о меньшинствах во Франции в основном сосредоточена на мусульманах и исламе, поскольку угроза террористических атак остается высокой: по словам министра внутренних дел Жерара Колломба, 20 таких нападений было предотвращено в 2017 году.[3] Один из самых спорных вопросов в политической дискуссии относится к ситуации так называемыми «fichés S» (S-файлы), то есть к тем почти 20 000 человек, которые имеют дело с полицией из-за их радикальной политической деятельности, и 4000 из них, которые считаются очень опасными.[4] Хотя несколько сотен человек находятся в списке полицейских, потому что они принадлежат к анархистскому «Черному блоку» или к самой радикальной фракции "Движения за права животных" или к откровенно фашистским / неонацистским экстремистским праворадикальным группам, подавляющее большинство радикалов, находящихся под полицейским контролем, являются мусульманами и, если будет принято какое-либо законодательство, о том, что мусульманские радикалы могут быть задержаны в административном порядке, раскол между мусульманами (на долю которых приходится от 4 до 6 миллионов человек из 66 миллионов), несомненно, расширится.

С другой стороны, президентство Макрона обязалось представить в 2018-2020 годах новый план по борьбе с расизмом и антисемитизмом. Премьер-министр Эдуард Филипп представил его 18 марта 2018 года и акцентировал внимание на борьбе с киберпреступлениями. Предложение о новом законодательстве по этому вопросу должно быть представлено в парламент позднее. Между тем, межведомственная комиссия против расизма, антисемитизма и гомофобии (DILCRAH) остается административным органом, ответственным за борьбу с этими явлениями. Новый руководитель этого ведомства, Фредерик Потье, принял должность 4 мая 2017 года и уже очень активно оказывал давление на интернет-провайдеров, а также Twitter и Facebook, так что они закрыли самые экстремистские аккаунты праворадикалов. Это является частью политики правительства в рамках широко обсуждаемого законопроекта о так называемых «фальшивых новостях». В отличие от ситуации в Соединенных Штатах и ​​Великобритании, «фальшивые новости» во Франции, не в первую очередь относятся к российской информационной повестке, но чаще с поддельными историями, изобретенными и распространяемыми ультраправыми, для того, чтобы уравнять в головах людей иммиграцию с гражданскими беспорядками, насилием и преступностью, или распространять идеи о том, что ислам как религия, пропагандирует ненависть к немусульманам и террор против них.

Правоприменительная практика

Практика правоприменения изменилась с окончанием чрезвычайного положения. Закон уменьшил чрезвычайные полномочия «префекта» (представителя государства), и теперь судебная власть больше контролирует административные решения в случаях подозрительной террористической деятельности по сравнению с режимом чрезвычайного положения. Например, полиция все еще может проводить обыски в домах, но теперь ей требуется решение судьи. Возможность обыска дома без присутствия подозреваемого по-прежнему существует в новом законе, но требует присутствия двух человек, которые соглашаются давать показания в суде о том, что обыск проводился надлежащим образом. Закон октября 2017 года также позволяет полицейским и разведывательным службам продолжать мониторинг сообщений электронной почты и мобильных телефонов и предусматривает, что подозреваемый должен предоставить свои личные данные, такие как идентификатор и пароль, по запросу. Данные Wi-Fi, GPS и Bluetooth не включены в область полицейского наблюдения.

Закон также позволяет полиции обязывать подозреваемого носить электронное устройство для отслеживания его передвижения. В новом законе содержатся положения, позволяющие полиции запрещать массовые сборы, когда поступает оперативная информация о том, что событие подвергается исключительной угрозе террористического акта (например, международный саммит или спортивное мероприятие международного значения).

Префект все еще может создавать зоны, с ограниченным или даже запрещенным трафиком. Именно на этом основании власти Парижа решили построить пуленепробиваемый стеклянный щит вокруг Эйфелевой башни в дополнение к системе поиска посетителей, которые хотят получить доступ к тому, что считается потенциальной мишенью для террористов. Внесены изменения в положения, касающиеся арестов домашних хозяйств: в период чрезвычайного положения подозреваемый, который был помещен под домашний арест, должен был оставаться дома. Теперь же, в соответствии с новым законом, он / она могут перемещаться по периметру города, тем самым получая возможность продолжить работу во многих случаях или встретиться с родственниками.

В то время как в Чрезвычайном положении лицо, находящееся под домашним арестом, должно было сообщать три раза в день своему местному полицейскому участку о своем местонахождении, ему сейчас нужно сообщать только один раз в день. Домашние аресты не могут длиться более одного года, тогда как ранее не было никаких ограничений. В 2017 году под домашним арестом находилось всего 39 человек. Новое законодательство является, тем не менее, более жестким, чем предыдущее, когда дело доходит до закрытия молитвенных домов: административное решение больше не нуждается в подтверждении судьей. Это также позволяет префекту закрывать молитвенные залы и религиозные храмы, когда там распространяются «ненависть» и «дискриминация», тогда как единственной предпосылкой для закрытия было ранее подстрекательство к терроризму.

В законодательстве также существуют новые положения, касающиеся борьбы с радикализацией. Например, государственный служащий, который работает в сферах безопасности или обороны, может быть уволен или, по крайней мере, получить другое назначение, если было открыто расследование по подозрению в радикализме. Наконец, в октябре 2017 года закон снял запрет на демонстрации, которые были применены во время чрезвычайного положения. Теперь власть не может запрещать общественное объединение на основании того, что это представляет угрозу общественному порядку. Это положение закона о чрезвычайном положении использовалось один раз, с тем чтобы запретить создание общины в Лагни, недалеко от Парижа, из прихожан мечети, считающейся радикальной. Теперь для запрета неправительственного объединения снова необходимо, чтобы оно представляло собой угрозу национальным интересам или участвовало в полувоенной деятельности или активно пропагандировало этническую или религиозную ненависть.[5]

Еще одно важное изменение в 2017 году заключается в том, что после окончания чрезвычайного положения операция «Дозор», предназначенная для развертывания армии на улицах с целью предотвращения терроризма, была сокращена с 10 000 до 7 000 профессиональных солдат. В 2017 году воинствующими исламскими радикалами было совершено 4 нападения на солдат, осуществлявших патрулирование в рамках этой операции. При этом в 3-х случаях солдаты получили ранения, а в одном случае атакующий был убит солдатами.

Когда речь идет о правоохранительных органах, которые не имеют отношения к террористической угрозе, одним из основных вопросов является расизм в государственном аппарате, особенно в полиции. 4 февраля 2017 года чернокожий мальчик африканского происхождения, по фамилии Тео (Лугака) стал известен за одну ночь во всей стране, когда он заявил о том, что был изнасилован резиновой дубинкой полицейскими после того, как они задержали его на улице с целью выборочной проверки личности. По словам жертвы, он также подвергся расистскому насилию со стороны полицейских, которые отрицали любые нарушения и утверждали, что травмы Теона были случайными. Дело было так сильно раскручено в СМИ, что тогдашний президент Франсуа Олланд посетил Тео в больнице.

Протест против расизма со стороны полиции был огромным, и в течение следующих дней в Аулне начались беспорядки, а 15 февраля в Париже произошло тяжелое столкновение между демонстрантами, которые протестовали против насилия на расовой почве, и полицией. Хотя расследование было открыто, и 4 сотрудника полиции были наказаны, дело еще не урегулировано. Пострадавшие и антирасистские НПО придерживаются версии, что это было преднамеренное изнасилование, а генеральный инспектор полиции считает, что раны были непреднамеренными.

Еще один случай предполагаемого расизма в полиции был выявлен в июне 2017 года, после того, как 56-летний Лю Шаойо, гражданин Китая, был убит полицейским, который выехал к нему по звонку соседей, сообщивших, что видели у Лю, ходившего вокруг, нож.[6] Когда полиция постучала в дверь Лю, он, как утверждается, пытался ударить офицера ножницами, а офицер ответил смертельным выстрелом.

Министерство иностранных дел Китая обратилось к Франции с просьбой предпринять соответствующие шаги для выявления истины, более того, вскоре наступил дипломатический кризис, чему способствовало продолжение криминальных нападений (в основном грабежей), в ходе которых пострадали китайские туристы и лавочники в Париже. Наконец, выяснилось, что полицейский действовал в порядке самообороны.

По сравнению с прошлым годом появление в организованной форме протестного движения против предполагаемого насилия со стороны полиции и расизма является достаточно новым событием. Расизм и дискриминационное отношение полиции к иммигрантам и цветным десятилетиями было на контроле у таких НПО, как SOS-Racisme, LICRA, Ligue des Droits de l'Homme и MRAP (Mouvement contre le Racisme et pour l'Amitiés entre les peuples). Однако в настоящее время такие НПО сталкиваются с конкуренцией новых ассоциаций с более молодыми активистами - выходцами из стран Азии и Африки, которые часто живут в обнищавших пригородах. Например, это «Антифашистское действие Париж-Банлие» и «Комитет правды и справедливости Адама», которые близки к радикальным левым и делают громкие политические заявления о том, что расизм в полиции является наследием колониального прошлого Франции.

Такие НПО имеют явно анти-империалистическую, антиавторитарную идеологию и считают, что государственный аппарат по своей природе дискриминирует меньшинства, в том числе практикуя случайный контроль прохожих на улицах. Такой политический вариант дает радикальным левым боевикам моральное право нападать на полицейских в виде своего рода протеста против «угнетающего» характера государства. В октябре 2017 года один такой нападавший, поджег полицейскую машину в Париже во время демонстрации, и получил 5 лет тюремного заключения, в том числе 3 года условного срока. 7 его сообщников получили условные сроки тюремного заключения.[7] Все они принадлежат к левым анархистам, которые теперь участвуют в демонстрациях против экономической и социальной политики президента Макрона.

Особо следует упомянуть споры по поводу деятельности таких воинствующих мусульманских ассоциаций, склонных к радикальным левым, как например, Collectif Contre l'Islamophobie en France (CCIF).[8] Будучи обвиненным в распространении идеологии промусульманского братства, CCIF является важным участником кампании, которая направлена против предполагаемой «исламофобии» государственного аппарата, особенно в вопросах, связанных с попыткой государства контролировать мечети, а также с запретом на ношение мусульманского платка в публичных зданиях и на гражданской службе в 2004 году.

Этот запрет, который распространяется и на еврейскую кипу, является следствием типично французского понятия laicité, которое часто ошибочно переводится как «секуляризм», но имеет гораздо более сильное значение для противодействия влиянию религии в обществе. Противоречие по вопросу о том, следует ли laicité адаптироваться к более разнообразному и многокультурному французскому обществу, в 2017 году оставалось самым спорным при рассмотрении проблемы расизма и других проблем, связанных с дискриминацией.

Риторика власти.

Как поясняется в докладе за 2016 год, понятие «меньшинства» не существует на законных основаниях во Франции, и в переписи запрещено спрашивать про этническую / религиозную принадлежность. По оценкам, существует от 400 000 до полумиллиона евреев, а опрос Pew Research в 2016 году дал оценку мусульманам, представляющим 7,5% населения от 66 миллионов человек (то есть 4,7 миллиона).[9] В материковой части Франции, то есть за исключением заморских территорий на Антильских островах, в Индийском океане и в Тихом океане, насчитывается не менее 250 000 цыган, чье присутствие в стране часто восходит к нескольким столетиям назад. Пока новый закон не был обнародован 27 января 2017 года, те цыгане, которые жили как путешественники (то есть, как кочевники), должны были иметь «внутренний паспорт», чтобы путешествовать по стране. Им также необходимо было зарегистрироваться в полицейском участке в случае переезда. Эти дискриминационные практики были отменены. Тем не менее существуют дискриминационные ситуации, поскольку только 52% французских городов с населением более 5000 человек соответствуют законодательству 2000 года, которые делают обязательным для них создание района, где путешественники могут припарковать свои мобильные дома.

Учитывая непризнание меньшинств, правительство должно использовать такие слова, как «видимые меньшинства», когда речь идет о небелых или «люди мусульманского происхождения», когда речь идет о людях, прибывающих из Магриба, которые часто являются вторыми или третьими поколениями французских граждан с мусульманской культурой. Начиная с террористических атак 2015-2016 годов, иммиграция и ислам стали центральными темами политического дискурса, и поскольку в 2017 году исламистами, связанными с ИСИС, были совершены более смертоносные атаки,[10] что дало повод крайне правым характеризовать мусульманскую общину как своего рода «пятую колонну» во французском обществе.[11]

Однако приход к власти Эммануэля Макрона означает, что ценности архи-секуляристов, продвигаемые меньшинством слева, будут оставлены в сторону, и правительство становится гораздо более открытым к разнообразию. Макрон, ученик французского протестантского философа Пола Рикёра, бывшего участника христианского прогрессивного журнала «Esprit», признает положительную роль веры в обществе. На встрече с зонтичной организацией французских мусульманских объединений в конце месяца Рамадан в 2017 году он произнес речь,[12] восхваляющую Резолюцию Представительного совета мусульманского культа (CFCM) за его умеренную позицию и оппозицию радикальному исламу, и повторил, что ислам был полностью совместим с тем, чтобы быть французом. Тем не менее, Макрон прекрасно понимает, что CFCM, в настоящее время возглавляемый турецким гражданином Ахмедом Ограсом, недостаточно репрезентативен среди множества разнообразных компонентов французского ислама. Поэтому он неоднократно заявлял в ходе своей президентской кампании, что хочет избавиться от иностранного влияния на французский ислам и заменить существующий CFCM более широкой Федерацией мусульманских объединений. В настоящее время правительство работает над этой темой.[13]

 Если говорить о еврейской общине, 7 марта 2018 года на ежегодном ужине CRIF состоялось первое совещание президента Макрона с CRIF, политической зонтичной организацией французского еврейства. Отношения CRIF с государством были особенно хороши в период нахождения у власти бывшего премьер-министра Мануэля Валлса, поскольку тот никогда не отказывался от своих слов, осуждая кампанию бойкота Израиля[14] и антисионизм как современную форму антисемитизма.[15] Похоже, что Макрон имеет более сбалансированный подход, несмотря на то, что CRIF призвал евреев голосовать за него против Марин Ле Пен.[16] Макрон откровенно говорит, что антисемитизм является «позором Франции», и он признает тот факт, что после начала Второй интифады был отрицание роста антисемитизма. Он пообещал бороться с кибер-ненавистью и попросил франко-алжирского писателя Карима Амеллала вместе с еврейским общинным лидером Гилом Тайебом выступить с предложениями по этому вопросу. Он, однако, отказался поддержать одобрение CRIF переноса посольства США в Иерусалим, а также отказался принять чью-либо сторону в споре, между CRIF и издательством Gallimard, которое планировало переиздать самые ядовитые антисемитские писания Луи-Фердинанда Селина (1894-1961) в отредактированной версии и комментариях академических специалистов печально известного писателя.

Общественное мнение.

Согласно ежегодному докладу CNCDH[17], одним из основных изменений в общественном сознании французского народа является рост страха: впервые в новейшей истории безработица является второй основной проблемой среди опрошенных (30% по сравнению с 37% в 2016 году), тогда как 36% считают, что их главная проблема связана с терроризмом (32% в 2016 году). Только 9% говорят, что религиозный фундаментализм является их главной заботой, а 8% указывают только на проблему иммиграции. Терроризм рассматривается как главная угроза для 45% молодежи; 45% рабочих и 48% сторонников Национального фронта. Чувство 53% опрошенных состоит в том, что их положение не улучшилось, при этом они испытывают страх от того, что может быть еще хуже. Этот страх особенно высок среди рабочего класса, среднего класса и менее образованных людей, несмотря на то, что уровень безработицы снизился на 0,5% по сравнению с 2016 годом. Парадокс заключается в том, что страх перед терроризмом и упадком уже не означает автоматически, что такие люди разделяют более консервативные взгляды в целом. По сравнению с серединой 70-х и даже до 80-х годов лишь 38% хотят вернуть смертную казнь (в 2011 году на 45%); 38% считают, что суды не достаточно суровы с преступниками (46% в 2011 году); только 15% говорят, что женщины должны оставаться дома, а 84% считают, что быть гомосексуалистом допустимо.

Франция становится более толерантной страной, 64% французов терпимы к меньшинствам, самый высокий уровень составляет 66% в 2008 году. 52% французов говорят, что они не расисты (43% в 2014 году) и 33% (+8 %) не верят в существование рас. Только 8% говорят, что есть «высшие расы». Однако отрицательные стереотипы все еще существуют. Из-за террористических атак 34% французов считают, что ислам является проблемой, а 50% считают, что это угроза национальной безопасности.

У цыган есть негативный имидж, причем 57% опрошенных французов видят проблему в том, что цыгане не хотят ассимилироваться, но есть улучшение по сравнению с 77% в 2014 году. Предрассудки против евреев остаются: 20% считают, что у них слишком много власти в политике и 20% ассоциирует евреев с деньгами. Что касается иммиграции, 59% считают, что слишком много иммигрантов, но, с другой стороны, 79% говорят, что им разрешено оставаться и чувствовать себя как дома, потому что они вносят положительный вклад в экономику Франции. Столь же озадачивает тот факт, что 60% считают, что иммигранты приходят с намерением воспользоваться преимуществами государства всеобщего благоденствия, но 68% говорят, что их присутствие положительно, потому что оно приносит культурное разнообразие.

Терроризм стал главной проблемой 18% французов, по сравнению с 22%, которые считают главной темой безработицу. Одним из следствий этой озабоченности является то, что французы готовы пожертвовать некоторыми своими гражданскими свободами в обмен на большую безопасность. Например, 88% опрошенных согласны с предложением консервативных политиков о том, что государство должно быть в состоянии задержать любого подозреваемого в причастности к террористической деятельности, даже если против него нет никаких доказательств. С 2016 года продолжаются дебаты по вопросу об изменении закона, с тем чтобы 15 000 человек, на которых есть файл в органах разведки из-за их предполагаемой поддержки радикального ислама, могли быть задержаны в конкретных лагерях. Левые партии последовательно выступали против этого законодательного шага.

Радикалы.

Радикальных партий, которые зарегистрированы и подстрекают к ненависти, очень мало, хотя бы потому, что в 1990-е годы был принят закон Лой Гайсот,[18] который запрещает любое выражение или подстрекательство к ненависти, в том числе отрицание Холокоста. Строго говоря, Национальный Фронт, который в декабре 2015 года получил 28% голосов на региональных выборах[19] и продолжал быть мощной силой в 2017 году, не подстрекает к ненависти. Его предложение состоит в том, чтобы запретить дальнейшую легальную иммиграцию из-за пределов Европы, и он хочет реализовать политику «сначала французы», которая будет давать правовые приоритеты французским гражданам над иностранцами, когда речь заходит о жилье, социальных пособиях, схемах выхода на пенсию и о здравоохранении.[20]

Эта политика «национального приоритета» противоречит Конституции 1958 года, но ФН как партия, берет большую осторожность в использовании слов в своих официальных документах и ​​манифестомах, которые не рассматриваются как разжигание ненависти.

Существуют крайне правые движения с общим членством не более нескольких тысяч человек, они открыто используют расистскую риторику. Они могут быть скинхедскими неонацистскими движениями, такими как французские ветви HammerskinNation[21] или Кровь и Честь;[22] расистские группы, такие как Terre et Peuple[23] и Parti Nationaliste Français,[24] которые выступают против прав евреев и небелых, а также хотят запретить масонство; один еженедельный журнал «Rivarol»,[25] который продается с 1951 года, и местные группы, такие как «Пикард Крю»,[26] «Белый Волк Клан» (WWK),[27] «Лемовицкий экипаж»[28] и некоторые другие, еще в 2016 году находились под сильным давлением со стороны полиции, их лидеры либо находятся в тюрьме, либо под следствием (WWK), либо обязаны прекратить свою деятельность.

Однако популярность таких партий постепенно сходит на нет. Например, 6 февраля 2016 года была запрещена демонстрация правоэкстремистов против иммигрантов в г. Кале.[29] Французское отделение движения PEGIDA, которое созвало демонстрацию, смогло привлечь уже тогда всего около 200 человек.

Исламистские радикалы, которые подстрекают к ненависти, в основном являются суннитскими проповедниками и боевиками, принадлежащими к крылу джихадизма салафитского движения. В 2016 году было сказано, что они контролируют около 180 мечетей / молитвенных комнат,[30] которые могут быть закрыты только административными органами, если они незаконно построены или заняты, или если, как считается, имам поощряет или оправдывает джихад или высказывает расистские / антисемитские убеждения. В 2016 году 17 иностранцев, которые подозревались в непосредственной угрозе национальной безопасности, потому что они продвигали джихад, были депортированы в свои родные страны.[31] Такие решения всегда могут быть обжалованы лицом, которое депортировано, в том числе в том случае, если он был фактически депортирован и хочет вернуться на законных основаниях. В случае с гражданами Франции невозможно депортировать человека, и только на исключительной почве он может быть лишен своего гражданства.

Предложение тогдашнего премьер-министра Мануэля Валса лишать террористов или тех, кто сражается вместе с террористическими организациями, своего гражданства, было представлено парламенту в феврале 2016 года,[32] но большинство Социалистической партии и выступило против этого законодательства, поскольку оно может оставить людей вообще без гражданства. В марте 2016 года президент Олланд признал, что это предложение разделило левых и должно быть отозвано. Одна из особенностей Франции по сравнению с некоторыми странами, такими как Соединенное Королевство, заключается в том, что радикальные мусульмане, принадлежащие к движению салафи / джихади, не организованы в такие громкие группы, как Хизб-ут-Тахрир или аль-Мухаджирун, первый из которых лишь кратковременно появлялись во Франции в 1995 и 2009 годах. Причина может заключаться в том, что это те движения, которые основаны на Ближнем Востоке и на индийском субконтиненте, тогда как подавляющее большинство французских мусульман происходят из Магриба.[33]

Основные организации, представляющие ортодоксальный суннитский ислам, находятся в соответствии с мусульманскими братствами в Магрибе. Они собраны под зонтичной организацией, Союз исламских организаций Франции (UOIF), которая пользовалась признанием со стороны государства и получала гранты от финансируемого государством Conseil français du culte musulman (CFCM), пока не решила пойти своим путем. UOIF подозревается ее противниками в продвижении повестки дня, которая идет вразрез с французским понятием секуляризма. Так например, выяснилось, что некоторые из приглашенных иностранных проповедников, которые были приглашены этой организацией в прошлом, вели джихадистскую пропаганду.[34]

Во Франции существуют левацкие политические партии, не призывающие к ненависти и поддерживающие интересы иностранцев, в том числе беженцев, желающих постоянно поселиться во Франции. Коммунистическая партия, Партия антикапиталистов «Троцкистская новая антикапиталистическая", партия левых Жан-Люка Меленшона решительно поддерживают интеграцию иммигрантов, в том числе тех, которые не имеют документов, которым, по их мнению, должен быть предоставлен правовой статус.[35] Единственной темой, за которую критиковали леваков, это кампания бойкота Израиля. Бойкот Израиля, но не самого движения BDS, является незаконным с момента принятия решения Верховного суда Франции в октябре 2015 года.[36]

Существует дискуссия о том, есть ли в стране что-то наподобие «антифранцузского расизма». Считается, что «антифранцузский расизм» преуменьшен в государственной статистике и недостаточно учитывается антирасистскими НПО. В знаменательном случае 29 марта 2016 года антирасистская неправительственная организация Ligue international contre le racisme et l'antisémitisme (LICRA) выиграла дело против мусульманина турецкого происхождения, который оскорбил французского белого гражданина в поезде, направлявшемся в Лион.[37] Маленькие левацкие группировки, такие как Партия коренных народов Республики (PIR),[38] все чаще находятся в центре внимания из-за их попыток классифицировать всех жителей страны с миграционным, неевропейским фоном, как отдельную категорию в национальном государстве. В марте 2016 года в своем выступлении Урия Бутельджа (HouriaBouteldja), знаковый лидер PIR, опубликовала эссе "Белые, евреи и мы" («Les Blancs, les Juifs et Nous») в издательстве La Fabrique éditions, в котором она попросила белых людей отказаться от своей белизны, в то время как она также попросила евреев отказаться от сионизма и их связи с Израилем. Ее утверждение состоит в том, что потомки бывших колонизированных людей имеют право самостоятельно организовывать себя, в том числе путем организации событий, которые запрещены «белым».

Новый президент Эммануэль Макрон намерен бороться с популизмом, особенно правым популизмом, как дома, так и внутри ЕС. Он пытается создать коалицию европейских правительств, которые хотят дальнейшей интеграции в ЕС и хотят остановить настоящую волну анти-иммиграционных и антиевропейских предрассудков, которые воплощены в электоральных победах праворадикалов, или во взглядах венгерских, словацких или польских правительств в отношении лиц, ищущих убежище, и иммигрантов.

У него были очень резкие слова о Национальном Фронте (НФ) во время его кампании, он описывал партию как «антифранцузскую» и «непристойную».[39] Те, кто играет в игру с НФ, как правило, являются избранными должностными лицами в правоконсервативных партиях, которые рассматривают союз с НФ для того, чтобы победить президентскую партию и социал-демократов. Их очень мало, и наиболее заметным из них является Тьерри Мариани, бывший министр транспорта и депутат, который в 2017 году заявил, что его партия «Les Républicains» должна по крайней мере «открыть переговоры» с НФ.[40]

Левые также обвиняют Лорана Воквиза (LaurentWauquiez), который является председателем LR с 10 декабря 2017 года, в том, что он использовал язык НФ, чтобы перетянуть на свою сторону тех избирателей-консерваторов, которые перешли на сторону НФ. Верно, что Воквиз является сторонником жесткой линии по таким вопросам, как ислам, иммиграция и «иудейско-христианские» корни европейской культуры, но тем не менее он дал понять, что он не будет добиваться соглашения с НФ.[41] Даже Николя Дюпон-Эньян, который согласился стать премьер-министром Ле Пен на случай, если та станет президентом, похоже, понял, что альянс - это не очень хорошая идея и, скорее всего, возглавит свой собственный список на выборах в 2019 году в Европе.[42]

Популярность радикальных партий в 2017 году может быть подтверждена результатами президентских и парламентских выборов, которые будут определять политический ландшафт страны до 2022 года. Национальный фронт (ребрендинг «Национальное объекдинение» с июня 2018 года) в лице своего кандидата Марин Ле Пен получил 7 678 000 голосов по всей стране, что составляет 21,3%, в первом туре президентских выборов. На втором туре она получила 10 638 миллионов (33,9%) и проиграла Эммануэлю Макрону (66,1%). Большой разрыв между двумя кандидатами и разницу между результатами двух туров голосования можно отчасти объяснить тем фактом, что Николас Дюпон-Айньан (NicolasDupont-Aignan)попросил своих 1 695 миллионов избирателей отдать свой голос за Ле Пен. Однако, согласно опросу IPSOS-Steria, опубликованному после второго тура голосования,[43] лишь 30% избирателей Дюпона и 20% тех, кто отдали свои голоса за Франсуа Фийона, кандидата от правой «Les républicains», выбрали Le Pen против Macron. Вопреки распространенному мнению о том, что радикальные левые и радикальные права разделяют общие идеи, в одном и том же опросе говорится, что только 7% тех, кто голосовал за Жан-Люка Меленшона, лидера «французских леваковы», проголосовали за Ле Пен во второмй раунде.

Разница между этими двумя сторонами заключается в том, что партия Меленшона "Непоколебимая Франция" (La France insoumise - LFI) выступает против ЕС, но не является националистической: ее цель - создать альтернативу глобализированной экономике свободного рынка с левоцентристской точки зрения с ее корнями в марксизм и социализм. Таким образом, он отличается от НФ тем, что НФ выступает против элит не на основе классовой борьбы, а на основе «глобалистской» версии «патриотизма». LFI также отличается от НФ, поскольку она поддерживает иммиграцию и полностью отказывается от каких-либо ограничений прав иммигрантов. Их общая популистская позиция не имеет одинаковых корней, и их общая воля устанавливать тарифы на импортные товары из стран, не входящих в ЕС, также различается, поскольку НФ называет ее «политикой во Франции», тогда как LFI выступает против всего процесса глобальной свободной торговли, которые могут привести к социальному демпингу. Жан-Люк Меленшон, получил 7 059 миллионов голосов, что составляет 19,58% в первом туре голосования, что составляет + 8,5% по сравнению с 2012 годом.

Выборы в Национальную Ассамблею (парламент Франции) проходили 11 и 18 июня 2017 года. Как обычно в Пятой республике, по крайней мере с 2000 года, когда было принято решение о том, что всеобщие выборы состоятся после выборов Президента, партия, которая выиграла президентство, также имела абсолютное большинство в нижней палате парламента. Это объясняет то, что FN получил только 1 990 миллионов голосов (11,03%) в первом туре голосования, а LFI - 2 497 миллионов (13,2%). Тем не менее, LFI выиграла 17 мест против только 8 для НФ.

Интересно отметить, что 66% избирателей НФ на президентских выборах воздержались при втором туре голосовании. Когда у них был выбор между НФ и кандидатом от LREM (партия Макрона), 35% консервативных избирателей проголосовали за LREM, а 32% проголосовали за НФ, а 33% не голосовали. Это отсутствие поддержки НФ от избирателей, близких к Les Républicains, серьезно затрудняет способность НФ достичь большинства.

После выборов состоялись два важных события, которые изменили Национальный Фронт. Первое заключается в том, что 9 мая Марион Маречал, племянница Марин Ле Пен и внучка Жан-Мари Ле Пена, объявила, что решила временно выйти с политической сцены. Второе изменение заключается в том, что 29 сентября 2017 года бывший номер два в партии Флориан Филиппот (FlorianPhilippot) создал свою собственную партию Les Patriotes на платформе Hard Frexit. К новой партии присоединился один член НФ из национального парламента и три члена Европейского парламента, а также 30 членов региональных советов. Партия будет участвовать в выборах 2019 года в Европарламент, но в начале 2018 года на парламентских выборах она набрала около 2%, поэтому ее будущее, скорее всего, будет мрачным.

Исследование, проведенное в июле 2017 года, показывает, что для 61% французов отпор радикальному исламу является главным приоритетом, опережая проблемы пенсионного обеспечения, безработицы и расходования средств.[44] После президентских выборов в другом опросе было дано представление о том, как проголосовали мусульмане: 37% отдали свои голоса за Меленшона, 24% за Макрона, 17% за кандидата от Социалистической партии Бенуа Хамона и 10% за консерватора Франсуа Фийона.

Из-за французского законодательства, запрещающего этническую статистику, у нас очень мало возможностей для адекватной оценки поддержки ISIS / «Аль-Каиды» среди мусульман во Франции. Однако опрос IFOP, проведенный в сентябре 2016 года для Либерального мозгового центра Institut Montaigne, пришел к выводу, что 26% опрошенных заявили, что «строго» соблюдают нормы ислама, а 25% сказали, что они «консервативны». 20% мужчин и 28% женщин выступали за то, чтобы разрешить чадру. 29% сказали, что шариат стоит выше законов Французской Республики. 50% из тех, кто в возрасте от 18 до 25 лет, рассматривают свою веру в ислам как способ противостоять французским ценностям, которые они презирают и считают опасными для себя.[45]

Преступления на почве ненависти.

31 января 2018 года министр внутренних дел Жерар Коломб (GérardCollomb) дал статистические данные о преступлениях на почве ненависти в 2017 году.[46] Общая тенденция - сокращение на 16% как расистских, так и антисемитских инцидентов, но с очень серьезной озабоченностью по поводу того, что те немногие антиеврейские нападения стали более жестокими, чем в прошлом году.

Цифры за 2017 год - 950 инцидентов (оскорбительных действий) (1128 в 2016 году). Произошло падение инцидентов с расизмом (с 608 инцидентов в 2016 году до 518 случаев в 2017 году или -14,8%), антимусульманских инцидентов (с 185 до 121 или -34,5%) и антисемитских инцидентов (с 335 до 311 фактов, или -7,2%).

В рамках этих фактов наиболее заметное снижение касается угроз.

  • Расистские угрозы сократились на 17,36%: после 524 угроз в 2016 году, 433 были зарегистрированы в 2017 году.
  • Антисемитские угрозы также уменьшились на 17,1% (с 258 до 214 угроз).
  • Антимусульманские угрозы также уменьшились на 58,5% (с 118 угроз в 2016 году до 49 в 2017 году).
  • Фактически, насильственные расистские действия выросли в 2017 году (85 в 2017 году по сравнению с 84 в 2016 году).
  • Антимусульманские действия увеличиваются (с 67 акций в 2016 году до 72 акций в 2017 году)
  • Антисемитские действия (97 акций в 2017 году, после 77 в 2016 году, увеличение на 20 инцидентов) тревожно увеличиваются в 2017 году.
  • Среди этих действий число нападений на людей увеличилось с 42 в 2016 году до 30 в 2017 году.
    • Рекомендации по улучшению ситуации.

Однако это общее снижение не должно замаскировать увеличение фактов подкатегории насильственных действий, что оправдывает обязательство всех государственных служб, в первую очередь полицейских и воинских частей. жандармерия, поддерживается на самом высоком уровне.

Самым важным случаем антисемитизма в 2017 году было убийство на почве религиозной ненависти 65-летней учительницы Сары Халими, недавно вышедшей на пенсию ортодоксальной еврейки, которая была убита афро-мусульманским соседом, который кричал «Я убил шайтана», выкинув женщину с ее балкона на улицу. Этот случай привлек большое внимание со стороны средств массовой информации, выборных должностных лиц и еврейской общины, потому что, несмотря на доказательства того, что убийство было мотивировано антисемитизмом, только в феврале 2018 года обвиняемый по обвинению признал, что это преступление на почве ненависти.[47]

В настоящее время признается тот факт, что подавляющее большинство антисемитских действий не совершается праворадикалами, а людьми, которые, будь то французы или иностранцы, имеют мусульманский культурный фон. Социолог Jérôme Fourquet, который исследовал антисемитизм во Франции в течение последних двух десятилетий в своей книге "В следующем году в Иерусалиме? Евреи во Франции сталкиваются с антисемитизмом" (L'an prochain à Jérusalem? Les juifs de France face à l'antisémitisme)[48] пишет, что эта тенденция началась с начала Второй интифады в 2000 году. До этого, например в 1999 году было зафиксировано 82 таких действия, причем 80% из них были совершены праворадикалами. Однако в 2000 г. было уже 743 нападения на евреев.[49] Это изменение в характере антисемитизма известно как «новый антисемитизм», феномен, впервые выявленный философом Пьером-Андре Тагиевым в 2002 году.[50]

Цифры, исходящие из CRIF, зонтичной организации французского еврейства, обычно совпадают с цифрами властей.

Проблема с антиисламскими инцидентами заключается в том, что статистические данные властей оспариваются воинствующими мусульманскими ассоциациями, такими как CCIF (Comité contre l'islamophobie en France), определение исламофобии которых значительно шире, чем у закона, и включает почти все случаи критики ислама, даже если жалоба не подана в полицию. В 2017 году CCIF зарегистрировал 446 инцидентов и признал, что они уменьшились на 21,7%. Разбивка показывает, что подавляющее большинство этих инцидентов (349) связано с дискриминацией (на работе, в образовании, в жильем и т. д.), тогда как был только 31 инцидент, связанный с телесным повреждением; 58 случаев разжигания ненависти и 8 осквернений мусульманских кладбищ и мест поклонения[51] по сравнению с 28 такими случаями против синагог и еврейских кладбищ и 878 таких действий (-7,5% по сравнению с 2016 годом), направленных против христианских кладбищ и церквей.[52] Эта конкретная категория антихристианских инцидентов до сих пор игнорируется исследователями, поэтому трудно понять, имеем ли мы дело с преступниками, которые питают идеологическую предвзятость против христиан (например, вера в сатанинский культ или людей, связанных с антихристианской сценой Блэк Металл / Готика), или чья ярость идеологически не мотивирована.

Состояние предрассудков против ЛГБТВ лучше всего контролируется НПО SOS Homophobie, чей ежегодный отчет зафиксировал 1650 инцидентов против ЛГБТ (+ 4,8%), в том числе 139 случаев физического насилия (121 в 2016 году), 72% - против мужчин.[53] Отчет ассоциации, безусловно, самый полный и точный, показывает, что пик в подходах против ЛГБТ достиг максимума в 2013 году (3517 инцидентов), когда коалиция ассоциаций «Ар-Консерватив», «Про-Семья» и «Про-Жизнь», поддерживаемая значительной частью правых и праворадикалов, выступали против введения однополых браков.

В сентябре 2016 года опрос был организован Ассоциацией однополых родителей (IFOP). Это исследование IFOP показало, что 62% французов не хотят отменять закон о однополых браках.[54] Согласно тому же источнику, 72% французов теперь открыто признают, что они имеют гомосексуалистов среди своих друзей и близких. С консенсусом по однополым бракам на этом пути дебаты перешли к вопросам вспомогательной репродуктивной технологии (ВРТ) и гестационного суррогатного материнства (ГСМ). При этом в 2017г. 60% французов высказались за расширение ВРТ для лесбийских пар (47% в 2013 году), а 44% высказались за принятие ГСМ для однополых пар (41% в 2014 году).[55]

Межэтнические и религиозные столкновения

Серьезных конфликтов между этническими группами как таковыми зафиксировано не было, последнее столкновение на улицах между еврейскими боевиками и пропалестинскими демонстрантами имело место в Париже и Сарселе в июле 2014 года.[56] Однако, несмотря на широкомасштабные медиа-инициативы, направленные на то, чтобы показать наличие доброй воли между умеренными мусульманами и еврейской общиной, уровень недоверия между этими двумя группами остается высоким.[57] То, что остается довольно распространенным явлением во Франции, - это столкновения между этническими меньшинствами, помимо евреев,[58] и полицией, особенно в пригородах больших городов. Причиной является почти всегда смерть или серьезная травма кого-либо из молодежи иммигрантского происхождения во время проверки документов полицией. Так было в июле 2016 года, когда 24-летний Адам Траоре умер в Бомон-сюр-Уасе, к северо-западу от Парижа, в обстоятельствах, которые, по словам полиции, были естественной смертью (у молодого человека было сердечное заболевание), но на самом деле, по-видимому, были вызваны асфиксией, поскольку Траоре подвергалось необычному и ненужному применению силы полицией при его допросе.[59]

Спор по этому делу продолжается, и в его родном городе, и в Париже регулярно проводятся различные демонстрации с участием до 2000 человек. Правозащитные НПО указали на то, что иммигрантская молодежь часто подвергается чрезмерному давлению со стороны полиции только из-за их цвета кожи, включая проверки личности, которые граничат с преследованием.

Площадь Франции, где борьба между общинами является наихудшей, находится на острове Корсика, где Движение за независимость (частично законное, частично подпольное и жестокое) ищет статус автономии или даже независимости. С января 2018 года в результате выборов, состоявшихся в декабре 2017 года, Движение за независимость и левые партии получили большинство в Региональной Ассамблее. В 2017 году не было никаких новых событий в отношении конкретной ситуации расизма на Корсике, за исключением случаев насилия в отношении цветных игроков на футбольном поле,[60] но мы должны напомнить о том, что в 2016 году между аборигенами и людьми марокканского происхождения произошли столкновения городе Бастия, а также в небольших городах острова. Озабоченность ситуацией на Корсике также заключается в том, что некоторые местные жители среди тех, кто выступает за отделение от Франции, предвзято относятся к людям с материка, в той мере, в какой лозунг I francesi fora («Французы - вон!»)[61] является самым распространенным для граффити на Корсике.

Околоспортивная ксенофобия.

Ряд хулиганов от футбола связаны с праворадикальными экстремистами. В Лионе боевики, близкие к движению «Идентичность» и неонацистским скинхедам, являются частью клубов болельщиков «Лион 1950» и «Коп Вираж».[62] В г. Ренне есть клуб Unvez Kelt (ранее Breizh Stourmer), болельщики которого иногда принадлежат к Партии независимости Бретони или к GUD (Groupe Union Défense, неофашистское движение).[63]

4 декабря 2016 года произошли ожесточенные столкновения между болельщиками клуба Бордо и праворадикальными боевиками, принадлежащими к т.н. армии LOSC, группе хулиганов из Лилля, которые включают в себя боевиков движения «Идентичность», которые в мае 2018 года получили условные сроки тюремного заключения.[64]

Случай с футбольной командой Бастии на Корсике немного отличается, потому что многочисленные инциденты, направленные против чернокожих людей (в январе 2017 года игрок Марио Балотелли из Ниццы стал жертвой болельщиков Бастии, которые встретили его звуками, похожими на крики обезьян)[65] и болельщиков из клубов в материковой части Франции, не совершаются праворадикальными экстремистами. Это скорее путь для корсиканской молодежи, которая сочувствует националистам и демонстрирует свое презрение к «континенту» (людям с материка) и действует таким образом, чтобы французская футбольная лига штрафовала клуб «Бастия».

Случаи прославления нацизма или нацистских коллаборационистов.

Национал-социалисты являются частью движения крайне правых, которых считают "лунатиками", поскольку ни одна политическая партия, избранный чиновник или член государственной службы не является известным общественным сторонником этой идеологии.

Существует несколько NS-сайтов, таких как www.combat18.wordpress.com; http://franceblanche.tumblr.com; www.suavelos.eu, принадлежащих отрицателю Холокоста и антисемиту Даниэлю Конверсано, который теперь вдобавок ко всему стал проповедовать антимусульманские взгляды, или www.jeune-nation.com. Наиболее популярным сайтом с антисемитским, отрицающим Холокост содержанием, граничащим с идеологией нацистов, является www.egaliteetreconciliation.fr Алена Сорара, который с 2016 года входит в число 30 наиболее широко читаемых политических сайтов. В 2017 году он собрал в общей сложности 8, 1 миллионов читателей.

Впервые Сорал, получивший многочисленные приостановленные сроки тюремного заключения и штрафы за разжигание ненависти, был приговорен в марте 2017 года к 1-летнему тюремному сроку без приостановления.[66] Выходец из Камеруна комик Дьедонне М'Бала М'Бала, чьи показательные выступления привлекли тысячи людей, которые не возражали против их антисемитского содержания и тривиализации Шоа, получил 2 месяца тюремного заключения в Бельгии,[67] а затем (ноябрь 2017 года) во Франции. Он также был обязан по решению суда покинуть помещение Театра де ла Майн-д'Ор в Париже, где он выступал.[68] Теперь он вынужден выступать на частных площадках.

Отрицателей Холокоста мало. Первое поколение их стареет. Роберту Фориссону исполнилось 88 лет, на его дне рождения присутствовали известные французские неофашисты, такие как Иван Бенедетти из нации Jeune и PNF.[69] Пьеру Гийому, 77 лет, в настоящее время он неактивен. Левый защитник Серж Тион, сторонник Фориссона, скончался 15 октября 2017 года в возрасте 75 лет. Наиболее известным среди нового поколения является Винсент Рейнуар (Vincent Reynouard, 1969), который в настоящее время работает в Великобритании после осуждения в 2015 году.[70]

Другими заслуживающими внимания антисемитами, отрицающими Холокост и героизирующими нацизм, являются Эрве Риссен (1967), который был приговорен к 11 месяцам тюремного заключения без приостановления срока отбытия (в октябре 2017 года). Борис Ле Лай, один из самых отъявленных антисемитов во Франции, имел свою страницу в You Tube, который был приостановлен. Сейчас он, якобы, живет в Японии.[71]

Французские власти, антирасистские НПО, такие как LICRA и антидискриминационный орган DILCRAH, начали работать рука об руку, с целью контроля за интернет-провайдерами, а также платформами для обмена видео и Twitter, приостановки и блокировки и удаления аккаунтов и сайтов, отрицающих Холокост, а также создания отчетов о расизме и антисемитизме. Этот новый приоритет, который может оказаться более эффективным, чем штрафы, которые осужденные никогда не платят, и даже тюремные сроки, которые они никогда не отбывают до конца (очень редко кто-то фактически заключен в тюрьму за такого вида правонарушения на срок, который составляет менее 2 лет). Это часть всемирных усилий, в том числе в Великобритании и США, для того, чтобы сдержать высказывания ненависти в социальных сетях.

Заключение.

Влиятельные крайне правые во Франции - это в основном Национальный фронт, основанный в 1972 году (см. выше результаты выборов). Что означает Ле Пен и ее партия? Ее Манифест выборов в 2017 году состоит из 144 «обязательств», которые, по ее словам, являются основными принципами ее идеологии. 11 апреля она выбрала 10 из них, которые, как она обещала, будут приняты сразу после ее избрания на пост президента.

К ним относятся проведение референдума о введении в действие новой Конституции, с тем чтобы наделить граждан Франции "высшими гражданскими правами" (по сравнению с иностранцами) и сделать их законным национальным приоритетом; выход из Шенгенской зоны; принудительная репатриация всех иностранцев, имеющих дело с Антитеррористическим департаментом; введение пенсионного возраст до 60 лет и понижающий подоходный налог для рабочего и среднего класса. Затем, по ее словам, она откроет переговоры с ЕС, чтобы получить одобрение Брюсселя о выходе из Союза, после чего состоится референдум по Frexit, если Комиссия не даст ей зеленый свет.

Эти 10 мер являются лишь наиболее заметной частью того, что НФ хочет сделать, придя к власти. Президентский манифест, который в типичной форме авторитарной партии никогда не обсуждался Конвенцией или годовым собранием до выборов,[72] содержал ряд мер, которые, если бы они были приняты и соблюдались, резко изменили бы сам характер Французской Республики. Это привело бы к тому, что, в лучшем случае, Франция стала бы нелиберальной демократией. Основными ценностями для избирателей НФ являются борьба с безработицей (18% избирателей проголосовали за эту партию из-за этого предмета), правопорядок (17%) и прекращение иммиграции (15%). Поэтому вполне нормально, что Ле Пен фокусирует свои предложения по этим темам. Она выступает за возвращение государства в экономику, чтобы регулировать финансовые рынки, бороться с закрытием заводов, которые выводятся из страны, за введение 35% налога на импортируемые товары и обещают аналогичный налог на компании, которые нанимают иностранцев вместо граждан страны. Она хотела восстановить протекционизм.

Эта платформа была категорически противна Филлону, который является ярым сторонником старой либеральной системы, и по разным причинам Меленшону, чья привлекательность среди рабочих (18%) и белых воротничков (20%) достаточно сильна. Вследствие ее политики «Франция - первая» и «Франция во Франции» Ле Пен видит прямую связь между безработицей и иммиграцией, а также между иммиграцией и правопорядком в контексте большого страха перед исламистами, который охватил Францию. Несмотря на то, что Филлон и Дюпон-Эньян сделали очень резкие заявления об исламе и иммиграции (Филлон использовал слово «исламофашизм», а Дюпон-Айньан сказал, что он и хочет ограничить легальную иммиграцию), Марин Ле Пен имел преимущество по этим вопросам, которые были впервые подняты Жан-Мари Ле Пеном 35 лет назад.

Например, она единственная, кто хочет закрыть «фундаменталистские» мечети, термин «фундаменталист» настолько расплывчатый, что он удовлетворяет тех избирателей, которые предвзято относятся к мусульманам, а не только к радикалам. Национальный Фронт также является единственной партией, которая утверждает, что она депортирует всех нелегальных иммигрантов и закроет двери для легальной иммиграции (за исключением 10 000 человек в год).

Высокий уровень недоверия к политическим элитам (77% французов считают, что члены парламента коррумпированы, чуть меньше придерживается того же мнения относительно исполнительной власти) подпитывал поддержку Марин Ле Пен. Понимая это французский политический истэблишмент пытался обвинить ее в том же. Один повторный аргумент против НФ во время президентской кампании состоял в том, что Ле Пен и ряд партийных должностных лиц были подвергнуты проверке (или могут быть подвергнуты проверке) как Европейского парламента, так и французской судебной власти из-за предполагаемых финансовых проступков и злоупотребления общественностью финансирования.[73] Однако это не сработало, потому что такие обвинения были сделаны ранее даже против Жан-Мари Ле Пена, не причинив ему вреда. «Антисистемность» остается главным измерением голосов НФ. Это его главный актив, который будет работать несмотря ни на что. Еще в 2015 году 74% его избирателей проголосовали за НФ, именно для того, чтобы санкционировать правительство антиистеблишмента, а 29% сказали, что они голосовали против всех партий «истеблишмента». Поэтому эти люди попросту не верят никаким обвинениям в адврес своего лидера со стороны истэблишмента.

Кто потенциальные избиратели НФ?[74] Ле Пен сохранила голоса 37% рабочего класса, 26% безработных и 21% государственных служащих. Она стала первой для тех, кто голосовал в возрасте от 35 до 59 лет. Она выбрала 30% голосов тех, кто не имеет университетского образования. Она также оказалась впереди среди тех, чей домашний ежемесячный доход составляет менее 2000 евро.

• Общие рекомендации по корректировке законодательной базы.

Европейская конвенция региональных языков или языков меньшинств (ECRML), который должен быть ратифицирован парламентом, должен быть ратифицирован Европейским договором (CETS 148), принятым в 1992 году под эгидой Совета Европы для защиты и продвижения исторических региональных языков и языков меньшинств в Европе. Однако мы понимаем, что основные политические партии не согласны с этим предложением, поскольку считают, что это противоречит статье 1 Конституции 1958 года, которая гласит, что Франция является неделимой и светской республикой, которая не признает общины.

• Общие рекомендации для исполнительных органов в области обеспечения соблюдения законов и прав человека.

Решение о прекращении чрезвычайного положения широко рассматривалось как разумное, поскольку такая ситуация по своей природе является исключительной в демократии. Тем не менее, необходимо ввести в действие дальнейшее законодательство, которое предотвратило бы распространение радикального ислама и других форм экстремизма, особенно в Интернете и в социальных сетях. Это именно то, что делает правительство с законодательством о «поддельных новостях», которое было введено в начале 2018 года,[75] но некоторые НПО и, конечно же, стороны радикальных левых (LFI) и радикальных правых (НФ) выступают против него, поскольку они утверждают, что это сдерживает свободу слова.

Основным риском в 2017 году и после этого станет то, что произойдет с теми людьми, которые проживают во Франции, которые присоединились к ISIS и которые могут вернуться с намерением предпринять действия на нашей земле. Нынешняя ситуация такова, что те, кто был захвачен иракскими силами и кто нарушил местное законодательство, будут преследоваться в Ираке и предстанут перед местными судами. Те, кто сдаются войскам союзников, включая французов, будут репатриированы и предстанут перед судом здесь, если иракцы не захотят привлечь их к суду за преступления, которые они, возможно, совершили.[76] Эта проблема означает, что французскому правительству придется подумать как о разведывательной работе, которую оно должен проделать, чтобы эти бывшие бойцы не ударили по Франции, а также о более эффективной схеме реинтеграции и деиндоктринации для тех же людей. Другой вопрос касается 40 исламских радикалов, которые будут освобождены из тюрьмы в 2018 и 2019 годах. Министр юстиции Николь Беллоуб сказала, что они останутся под наблюдением полиции.[77]

Следует сказать, что одной из основных проблем, с которыми мы сталкиваемся во Франции, является запрет на этническую и религиозную статистику. Дебаты по этой теме продолжаются годами, если не десятилетиями, как в НПО по правам человека, выборных должностных лицах, так и в академических кругах. Прежде всего, даже те, кто выступает за такую ​​статистику, не хотят создавать юридические категории этнических и религиозных групп. Что нужно, так это то, чтобы люди имели право указывать, откуда происходит их семья и какова их религия, когда производится общая перепись населения. Все данные будут собираться на добровольной основе.

Понятно, что во французском контексте национального государства и секуляризма активисты гражданских прав и НПО, такие как SOS-Racisme, выступают против этнической статистики. Однако можно также утверждать, что отсутствие такой статистики позволяет правым экстремистам играть с опасениями, говоря, что страна «захламлена» иностранцами и беженцами или что мусульмане составляют от 15 до 20 миллионов, когда на самом деле их меньше 5 миллионов человек.[78]

 


[1] Loi du n30 octobre 2017 renforçant la sécurité intérieure et la lutte contre le terrorisme. See : https://www.legifrance.gouv.fr/eli/loi/2017/10/30/INTX1716370L/jo/texte

[2] У французского разведывательного ведомства, отвечающего за национальную безопасность (SCRT), имеется оценка в124 салафитских мечетей во Франции с активом из 2450 человек. Cf: https://oeilsurlefront.liberation.fr/les-intox/2016/11/18/philippe-de-villiers-le-complotisme-a-grande-audience_1527562

[3] http://www.europe1.fr/politique/vingt-attentats-dejoues-en-2017-annonce-gerard-collomb-3540677

[4] Those figures are given by terrorism expert Yves Trotignon, cf.https://www.nouvelobs.com/societe/terrorisme/20180326.OBS4169/surveillance-des-fiches-s-nous-n-avons-pas-les-moyens-humains-de-tout-suivre.html

[5] Фактически запрет на ассоциации в период чрезвычайного положения был возможен в случаях, предусмотренных законом 2012 года, который был во многом переписан с закона января 1936 года, которое было принято в то время, когда нужно было бороться с Фашистской лигой. См. законодательство 2012 года: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?idSectionTA=LEGISCTA000025508340&cidTexte=LEGITEXT000025503132

[6] http://www.europe1.fr/societe/que-sait-on-sur-la-mort-dun-ressortissant-chinois-abattu-par-la-police-a-paris-3213983

[7] http://www.liberation.fr/france/2017/09/26/au-proces-du-quai-de-valmy-des-poings-qui-restent-flous_1599142

[8] http://www.islamophobie.net/contact/

[9] http://www.pewresearch.org/fact-tank/2016/07/19/5-facts-about-the-muslim-population-in-europe/

[10] Наиболее запомнившиеся французам атаки 2017 года: 20 апреля на Елисейских полях - убийство полицейского ( ИСИС взало на себя ответственность); 1 октября в Марселе две женщины убиты боевиком ИСИС - прим. автора.

[11] В 2015 году даже Консервативный мэр Ниццы, Кристиан Эстрози, использовал такие слова. См .: https://www.huffingtonpost.fr/2015/04/26/cinquieme-colonne-christian-estrosi-fn_n_7145912.html

[12] http://www.liberation.fr/france/2017/06/21/au-diner-du-cfcm-macron-expose-sa-feuille-de-route-sur-l-islam-en-france_1578414

[13] О кампании Макрона в отношении ислама и о более широкой роли религии во французском обществе см.: https://en-marche.fr/articles/actualites/quelle-organisation-pour-l-islam-dans-la-republique-francaise

[14] http://www.lcp.fr/la-politique-en-video/mouvement-bds-manuel-valls-condamne-toutes-les-campagnes-de-boycott-legard-des

[15] http://www.lefigaro.fr/politique/2016/03/07/01002-20160307ARTFIG00395-diner-du-crif-pour-valls-l-antisionisme-est-synonyme-de-l-antisemitisme.php

[16] http://www.leparisien.fr/flash-actualite-politique/appel-clair-du-crif-a-voter-macron-24-04-2017-6883302.php

[17] http://www.cncdh.fr/sites/default/files/cncdh_rapport_2017_bat_basse_definition.pdf

[18] https://www.legifrance.gouv.fr/affichTexte.do?cidTexte=JORFTEXT000000532990&dateTexte=&categorieLien=id

[19] https://www.interieur.gouv.fr/Elections/Les-resultats/Regionales/elecresult__regionales-2015/%28path%29/regionales-2015/FE.html

[20]См: Le Pen’s Presidential Project (2017) here : http://www.frontnational.com/le-projet-de-marine-le-pen/

[21] http://www.hammerskins.net/fhs/

[22] https://28hexagone.wordpress.com/

[23] http://www.terreetpeuple.com/

[24] https://parti-nationaliste-francais.com/

[25] Website : https://www.rivarol.com/

[26] http://www.thomasjoly.fr/2016/03/succes-de-la-1ere-journee-patriote-du-picard-crew-a-amiens.html

[27] http://lahorde.samizdat.net/2017/01/04/serge-ayoub-encore-dans-une-histoire-de-bourrage-de-crane-de-militants-nationalistes-en-picardie/

[28] https://www.facebook.com/lemovice.officiel/

[29] http://www.liberation.fr/france/2016/02/06/manifestation-de-pegida-a-calais-l-ex-commandant-de-la-legion-etrangere-arrete_1431565

[30] https://muzulmania.wordpress.com/2015/01/04/mosquees-salafistes-en-france/

[31] http://www.lefigaro.fr/actualite-france/2016/12/01/01016-20161201ARTFIG00362-la-france-expulse-les-islamistes-au-compte-gouttes.php

[32] http://www.assemblee-nationale.fr/14/projets/pl3381.asp

[33] http://www.lemonde.fr/attaques-a-paris/article/2016/03/30/francois-hollande-renonce-a-la-decheance-de-nationalite-et-au-congres_4892426_4809495.html

[34] http://www.lepoint.fr/societe/quatre-predicateurs-musulmans-invites-par-l-uoif-interdits-d-entree-en-france-29-03-2012-1446293_23.php and this article in the Conservative daily Le Figaro, with regard to the 2016 meeting: figaro.fr/vox/societe/2016/05/13/31003-20160513ARTFIG00149-congres-de-l-uoif-sous-couvert-de-deradicalisation-l-appel-au-djihad-arme.php

[35] Mélenchon reiterated his position during the 2017 Presidential campaign, see : http://www.bfmtv.com/mediaplayer/video/jean-luc-melenchon-veut-la-regularisation-de-tous-les-travailleurs-sans-papiers-924887.html

[36] www.legifrance.gouv.fr/affichJuriJudi.do?oldAction=rechJuriJudi&idTexte=JURITEXT000031374097&fastReqId=434382946&fastPos=1

[37] http://www.lefigaro.fr/actualite-france/2016/04/01/01016-20160401ARTFIG00315-trois-mois-ferme-pour-du-racisme-anti-blanc.php

[38] Robine Jérémy, « Les « indigènes de la République » : nation et question postcoloniale. Territoires des enfants de l'immigration et rivalité de pouvoir », Hérodote, 2006/1 (no 120), p. 118-148. DOI : 10.3917/her.120.0118. URL : http://www.cairn.info/revue-herodote-2006-1-page-118.htm

[39] http://www.europe1.fr/politique/macron-face-aux-injures-et-a-lobscenite-du-front-national-nous-allons-refonder-le-pays-3316964

[40] http://www.europe1.fr/politique/sil-est-trop-tot-pour-une-entente-avec-le-fn-thierry-mariani-lr-estime-quil-faut-des-discussions-3373526

[41] https://www.challenges.fr/elections-legislatives-2017/marechal-le-pen-fn-on-aurait-des-choses-a-faire-ensemble-avec-wauquiez_473855

[42] https://abonnes.lemonde.fr/politique/article/2018/06/04/elections-europeennes-dupont-aignan-refuse-la-proposition-de-marine-le-pen-de-faire-liste-commune_5309137_823448.html

[43] https://www.publicsenat.fr/article/politique/reports-des-voix-age-revenus-la-sociologie-du-vote-au-second-tour-60214

[44] http://www.europe1.fr/societe/le-recul-de-lislam-radical-plus-prioritaire-que-lemploi-pour-les-francais-sondage-3377408http://www.europe1.fr/politique/presidentielle-les-cathos-pratiquants-ont-mis-fillon-en-tete-les-musulmans-melenchon-les-protestants-macron-sondage-3310586

[45] http://www.institutmontaigne.org/fr/publications/un-islam-francais-est-possible

[46]https://www.interieur.gouv.fr/Le-ministre/Communiques/Bilan-2017-des-actes-racistes-antisemites-antimusulmans-et-antichretiens https://www.lejdd.fr/societe/pourquoi-les-actes-antisemites-augmentent-en-france-depuis-20-ans-3632996

[47] https://www.lemonde.fr/police-justice/article/2018/02/27/meurtre-de-sarah-halimi-le-caractere-antisemite-retenu-par-la-juge-d-instruction_5263360_1653578.htm

[48] With Sylvain Manternach, éditions de l’Aube/Fondation Jean Jaurès,2016

[49] https://www.lejdd.fr/societe/pourquoi-les-actes-antisemites-augmentent-en-france-depuis-20-ans-3632996

[50] See his book : La nouvelle judéophobie, Mille et une nuits, coll.« Essai », 2002

[51] https://news.konbini.com/post/les-actes-islamophobes-en-recul-de-plus-de-20-en-2017

[52] https://www.interieur.gouv.fr/Le-ministre/Communiques/Bilan-2017-des-actes-racistes-antisemites-antimusulma https://www.sos-homophobie.org/sites/default/files/rapport_annuel_2018.pdfns-et-antichretiens

[53] https://www.sos-homophobie.org/sites/default/files/rapport_annuel_2018.pdf

[54] https://adfh.net/portfolio-items/sondage-ifopadfh-la-presidentielle-2017-et-les-droits-des-homosexuel-le-s-et-des-familles-homoparentales/

[55] http://www.europe1.fr/societe/cinq-ans-apres-le-mariage-pour-tous-en-chiffres-3631682

[56] http://www.lemonde.fr/societe/article/2014/07/22/sarcelles-sous-le-choc-des-violences-antisemites_4461039_3224.html and http://www.leparisien.fr/paris-75/paris-des-manifestants-pro-palestiniens-tentent-de-s-en-prendre-a-deux-synagogues-13-07-2014-3998677.php

[57] Опрос Консервативно-ориентированного исследовательского центра «Фондаполь», в частности, был посвящен антиеврейским предрассудкам среди ортодоксальных мусульман, но он также выявил высокий средний уровень предрассудков среди сторонников НФ. См .: http://www.fondapol.org/wp-content/uploads/2014/11/CONF2press-Antisemitisme-DOC-6-web11h51.pdf

[58] Среди евреев также имеются экстремисты, например группа «Лига де дефанс юй» (LDJ), небольшая группа активистов - последователей американо-израильского раввина Меира Кахане, находится под пристальным наблюдением полиции из-за ее антиарабской позиции и многочисленных столкновений с пропалестинскими активистами. Группа имеет около 100-150 боевиков, действующих в районе Парижа - прим. автора.

[59] http://www.lexpress.fr/actualite/societe/fait-divers/violences-dans-le-val-d-oise-apres-la-mort-d-un-homme-arrete_1814471.html

[60] https://www.lesinrocks.com/2018/05/24/actualite/comment-expliquer-les-incidents-racistes-en-corse-111085868

[61] Лозунг «Arabi fora» также является обычным явлением, см .: http://www.lexpress.fr/actualite/societe/corse-arabi-fora-ne-peut-pas-etre-considere-comme-un-slogan-nationaliste_1749157. HTML

[62] https://www.foot01.com/equipe/ol/ol-supporters-violents-le-club-s-avoue-limite,281063

[63] https://taranis.news/2017/02/rennes-saluts-nazis-et-baston-a-coup-de-tables-rue-de-la-soif-mais-que-fait-la-police/

[64] http://lavdn.lavoixdunord.fr/373771/article/2018-05-10/douze-supporters-du-losc-juges-lille-pour-un-projet-de-baston

[65] https://www.francetvinfo.fr/sports/foot/ligue-1/l-affaire-des-cris-racistes-contre-mario-balotelli-a-bastia-en-quatre-actes_2030749.html

[66] http://www.lefigaro.fr/actualite-france/2017/03/14/01016-20170314ARTFIG00321-alain-soral-condamne-a-une-peine-de-prison-ferme.php

[67] http://www.lefigaro.fr/culture/2017/01/23/03004-20170123ARTFIG00108-dieudonne-condamne-a-deux-mois-de-prison-ferme.php

[68] http://www.liberation.fr/france/2017/11/08/dieudonne-condamne-en-appel-a-quitter-la-main-d-or-et-a-deux-mois-de-sursis-pour-la-bete-immonde_1608720

[69] https://www.jeune-nation.com/natio-france/88eme-anniversaire-du-professeur-robert-faurisson.html

[70] http://france3-regions.francetvinfo.fr/normandie/le-negationniste-vincent-reynouard-definitivement-condamne-1030731.html. Reynouard, who presents himself as a Nazi, has a website: http://sansconcession.org.

[71] ce3-regions.francetvinfo.fr/bretagne/finistere/brest/deux-ans-de-prison-ferme-pour-l-ultranationaliste-boris-le-lay-980896.html http://www.conspiracywatch.info/qui-est-herve-ryssen.html

[72] Наконец, 11 марта 2018 года программа была принята национальной конвенцией партии.

[73] https://www.20minutes.fr/politique/2186303-20171212-assistants-eurodeputes-fn-front-national-mis-examen

[74] https://www.publicsenat.fr/article/politique/presidentielle-la-sociologie-du-vote-59189

[75] http://www.lepoint.fr/medias/fake-news-la-proposition-de-loi-qui-fait-un-tolle-06-06-2018-2224643_260.php

[76] http://www.europe1.fr/societe/les-djihadistes-francais-dirak-beneficient-de-laide-consulaire-3393071

[77] https://www.lexpress.fr/actualite/societe/justice/detenus-radicalises-liberes-belloubet-veut-rassurer_2012949.html

[78] http://resistancerepublicaine.eu/2016/08/12/il-y-a-en-france-environ-20-millions-de-musulmans-un-tiers-de-notre-population/

Источник:https://www.ru.civic-nation.org/publikatsii/frantsiya-ksenofobiya-i-radikalizm-2017/

Прочитано 88 раз


AZ

ENG

последние новости

Top 10 Самые Популярные Новости